Генеральская пятка

Помню, был такой случай в моей практике. Я тогда был молодым лейтенантом медицинской службы в артиллерийском полку. Наш полк дислоцировался в тундре, недалеко от границы. И комиссий к нам ехало видимо-невидимо. Самых разных. Твёрдых, жидких и газообразных. Приехал как-то к нам очередной генерал – начальник тыла военного округа. Весь из себя важный, недоступный и суровый. Ну каким и положено быть генералу.

Сурово так обложил матом всех по очереди. Ну так положено было. Надо же как-то боеготовность в воинских частях поддерживать. Помню, как он, этот генерал, а с ним куча полковников (и подполковников тоже) решили устроить строевой смотр. Это когда солдаты, сержанты, прапорщики, младшие офицеры и старшие офицеры выходят из строя в зависимости от занимаемой должности на разное количество шагов (это якобы исключает возможность слышать одной шеренге, где, например, стоят командиры батарей, как чехвостят шеренгу, где стоят командиры дивизионов). На самом деле, когда орут на командира дивизиона (майора или подполковника) слышат не солдаты, но и дневальные в казармах. Так было. А может быть и есть.

Так вот, ходил-ходил этот генерал, потом смотрю – охромел. Вижу больно ему ходить. Морщится. Тут и наш заместитель командира полка по политической части заголосил: «Тубаретку для товарища генерала на плац, живо!». Помню, очень генерал был доволен, что его страдания не остались без внимания. Сел, помню, на скликанную «тубаретку» и продолжил строевой смотр. А замполит наш уже не в строю стоит, а рядом с правым ухом генерала. Слегка склонившись. Ну как положено. И что-то шепчет ему. Да так настойчиво. А тот (генерал-то) морщится и рукой этак слегка отмахивается.

Кончается смотр. Полк при полковом Знамени проходит мимо нашей полковой трибунки, где разместились генерал со полковники (и командир полка там же). А замполит – на земле. У самых ступенечек. Как только офицеры управления полка прошли (и я с там же), смотрю, замполит ко мне несётся. Говорит он мне решительным голосом, что должен я по-партийному подойти к очень важному вопросу.

Я тогда был комсомольцем и стоял на учёте в комсомольской организации 1-го артдивизиона, но подойти по-партийному не отказался. Даже за честь счёл. Мне было велено передать, что вечером генерала поведут в баню, в парилку. И вот в это время я должен буду посмотреть ему пятку. О времени меня оповестят. Посыльный за мной прибежит в «медный» пункт. Это так полковой медицинский пункт солдаты наши называли. И действительно прибежал посыльный. Где-то около часу ночи. «Тащ летнант, вас в баню зовут».

Взял я для пущей важности свой чемоданчик врачебный и пошёл. В баню. Вошёл. Очки мои сразу запотели, да так, что ничего не видно. Снял их, протирать стал. И тут же услышал окрик: «Что ты там, застрял в дверях». Узнал я голос командный, генеральский. Разглядел его тулово, обёрнутое в простыню и развалившееся в кресле. «Тут мне командиры твои тебя нахваливают, говорят, что много знаешь и умеешь. А я им говорю, что докторскими дипломами задницы подтирать надо. А ты как думаешь, доктор?».

— Никак нет, – говорю.

— Чего никак нет? — генерал вопрошает.

— Я так не думаю, товарищ генерал. Наши профессора нам говорили, что мы военные врачи едва ли не единственные, кто способен думать в нашей армии, — всё это я произнёс, глядя в его глаза.

Самое удивительное, что он не рассвирепел. А мог бы. Я, несколько лет спустя, в Афганистан угодил за подобные слова.

— Меня уже много раз лечили от трещины на пятке. И всё без толку. Зараза. Глубокая и ужасно болючая. А замполит меня уверяет, что ты его вылечил от мозоли-натоптыша и от трещины на пятке. Правда, что ли? — генеральский голос даже сумел выразить надежду.

— Правда, — отвечаю – Вылечил…

Осмотрел я вельможную пятку. Трещина была действительно глубокая, с каллёзными краями, прикосновение к ней вызывало у генерала стон. Он (генерал) мне и говорит: «Если скажешь, чем и как лечишь и поможет, то обещаю, что поедешь в интернатуру по хирургии. Мне сказал замполит, что ты хирургом хочешь быть. Так вот поедешь, если вылечишь».

Я сказал, что напишу ему рецепт и передам ему завтра утром. Генерал утром молча взял написанный мной рецепт, сунул его в карман шинели, кивнул и сел в машину. А спустя три месяца к нам в полк приехал начальник медицинской службы армии полковник медицинской службы Рыбак и устроил мне подлинный допрос, как это мне удалось вылечить такую зловредную трещину на генеральской пятке. И ещё сказал, чтобы я собирался ехать в интернатуру по хирургии. Так и началась моя хирургическая карьера…

А рецепт. Вот он:

  1. Надо очистить большую луковицу (репчатого лука), мелко его нарезать и поджарить в растительном масле (в 200 мл масла — лучше нерафинированного подсолнечного) до приобретения им (луком) золотистого цвета.
  2. Затем поджаренный лук вынуть из сковороды, а масло пусть немного покипит. Затем в это масло поместить 30 г пчелиного воска и довести масло снова до кипения, после чего сразу снять сковороду с огня. Чуть охладить и слить в стеклянную баночку. Без осадка.
  3. Пятку, где «проживает» трещина, распарить, намылить, обработать пемзой, обмыть чистой водой и вытереть насухо. Вот тут и приготовленная мазь пригодится. Пятку (и трещину в ней) смазать этой мазью. Наложить повязку. Эту процедуру надо осуществлять ежедневно. И всё пройдёт.

А чтобы трещина не появлялась снова и снова – надо хотя бы раз в 10 дней отпаривать и смазывать пятки этой замечательной мазью. Мазь эта может храниться очень долго. Желательно в прохладном и тёмном месте.

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие статьи

Под лежачий камень…Страх… Страх перед неизведанным, перед неиспробованным, перед неведомым. И этот страх испытывают очень многие. Одни, с тягой к алкоголю заливают его водкой или пивом, думая, что страх утонет в них (ан нет – тонут сами). Другие – боятся в сторону посмотреть и увидеть возможность выкарабкаться из тенет нищеты. А что там-то будет? В свободном, так …
Учитесь отдавать!Дорогие друзья! Встречаясь, общаясь со многими людьми, я стал понимать, что на свете много людей, умеющих брать… И не умеющих отдавать… Хотите брать от жизни? Тогда учитесь и отдавать Несколько лет назад я приобрёл участок земли и дом в одном из регионов России. И мы с супругой решили его немного переделать… За эти годы сменилось …
Здоровье в старости — залог счастливой осени жизни«Большинство людей употребляет лучшую пору жизни на то, чтобы сделать худшую ещё более печальной». Эти слова принадлежат Жану Лабрюйеру, французскому писателю 17-го века. С тех пор, к сожалению, мало что изменилось. Большинство из нас так и не научилось бережно относиться к своему здоровью в молодости и зрелости, чтобы достойно встретить старость. Вот письмо, опубликованное в …